«НЕ ФАКТ, ЧТО КАРЛСЕН БУДЕТ ВЛАСТВОВАТЬ ЕЩЕ МНОГО ЛЕТ»

Владимир Крамник

Владимир Крамник впервые с 1993 года не будет сражаться за шахматную корону.
– На этой неделе стартует супертурнир Zurich Chess Challenge, в котором вы уже не раз принимали участие и, более того, стояли у его истоков – ведь он начался в 2012 году с матча Крамник – Аронян. С каким настроением отправляетесь в Цюрих?
– Здорово, что благодаря Олегу Скворцову в календаре появился этот турнир! Мы с Олегом познакомились лет пять назад, причем случайно: пересеклись где-то в Европе, он меня узнал и подошел. Немного поговорили, обменялись визитками. Потом снова встретились в Москве на Мемориале Таля, вместе поужинали. Олег – большой любитель шахмат, он увлекся идеей организовать шахматное соревнование. У меня были хорошие связи с Цюрихским шахматным клубом, старейшим в мире (в 2009 году они с большим размахом отпраздновали 200-летие со дня основания). И я связал Скворцова с руководством клуба.
И вот уже пять лет проводится турнир класса люкс. В шикарном отеле «Савой», одном из лучших в Цюрихе. В качестве почетных гостей всегда приглашаются знаменитости из разных областей культуры. Например, приезжал знаменитый испанский писатель Артуро Перес Реверто, один из бестселлеров которого – «Фламандская доска» – триллер с шахматной составляющей. Приезжал Шарль Азнавур, выступали всемирно известные музыканты Борис Андрианов и Дмитрий Илларионов. В общем, мы делаем не только шахматное, но и общекультурное мероприятие.
Всегда стандарт очень высокий – играют лучшие шахматисты мира. Турнир завоевал свое место в календаре, и я надеюсь, что будет продолжаться и дальше. Все очень любят играть в Цюрихе: там прекрасные условия, приходит очень много зрителей – любители в Швейцарии соскучились по большим шахматам. Всегда аншлаг в зале!
– Предыдущие турниры прошли с большим успехом, появилась даже «цюрихская формула» – один круг в классические шахматы, второй – в рапид. А сейчас будет новый формат: две партии в день с контролем 40 минут до конца плюс 10 секунд на ход. Как вы относитесь к этому новшеству?
– Думаю, что у него есть будущее. На данный момент, наверное, нет необходимости повсеместно вводить этот контроль, но пробовать можно. Пока что это эксперимент, однако лет через пять формат «две партии в день с контролем час на партию», вполне возможно, станет нормой. Может быть, и матч на первенство мира будет проводиться таким образом.
Правда, ни я, ни мои соперники с таким контролем еще не играли, надо будет приноровиться. Но это не такая большая проблема – потихонечку привыкнем. Очень интересно посмотреть, насколько такой контроль влияет на качество игры. Если разница по сравнению с классикой окажется небольшой, то есть партии будут высокого качества, то этот контроль начнет завоевывать популярность.
ХОЧЕШЬ ПОБЕДИТЬ – НАГНЕТАЙ НАПРЯЖЕНИЕ
– В последнее время, когда смотришь онлайн-трансляции с компьютерными оценками, складывается впечатление, что все разучились играть, кроме разве что Карлсена…
– Нет, это не так! Просто компьютеры становятся все сильнее, плюс интенсивность турниров очень высокая. В современных шахматах роль подготовки постоянно возрастает, шахматисты уделяют домашней работе все больше времени, а это сказывается на свежести во время партии. Одно дело, когда час подготовился, поспал, погулял и пошел на игру, и совсем другое – когда готовишься пять часов. Во втором случае ты уже до партии тратишь много энергии. Но в целом уровень игры достаточно высокий – явно выше, чем 10 – 20 лет назад.
Например, Каспарову часто удавалось получить большой перевес с дебюта, и дальше уже шло добивание. Конечно, он играл блестяще, но очень много партий выигрывал благодаря подготовке. Сейчас эти времена уже прошли, поскольку компьютеры усилились, у всех очень мощная подготовка. Чтобы выиграть, приходится в примерно равных позициях создавать очень высокое напряжение на доске. Побеждаешь за счет верных психологических решений: например, резко меняешь рисунок игры, неожиданно обостряешь позицию под цейтнот. Если хочешь победить, приходится создавать острые, «рваные» позиции, чтобы, как говорится, дать сопернику возможность ошибиться. Но при этом ты и сам не застрахован от промаха. К сожалению, на высоком уровне создать чистую партию – получить большой перевес по дебюту и довести его до победы – уже практически нереально. Потому иногда и возникает ощущение, что ошибок стало больше.
– Вы действительно считаете, что с новым контролем можно проводить матч на первенство мира?
– Пока не вижу никаких проблем и в матче с классическим контролем. Но компьютеры усиливаются, дебютная теория развивается… В турнирах, как ни крути, найдутся 1 – 2 интересные партии, а в матче всего одна партия в день. Может так получиться, что черные по подготовке «стерилизовали» позицию, и борьба закончилась. Если это станет массовым явлением, то, возможно, придется играть по 2 партии в день. И не 12 партий, а 24 – те же 12 игровых дней. Вряд ли это произойдет в ближайшие пару лет, но со временем, возможно, мы к этому придем.
Повторюсь: важно понять, будет ли с новым контролем страдать качество партий. Если мы увидим, что количество грубых ошибок резко увеличивается, то это не будет позитивным шагом. Помимо придания шахматам большей эмоциональности важно сохранять и высокий уровень игры.
ПОБЕДУ НАД КАСПАРОВЫМ ОТГУЛЯЛ «НЕ ПО-НАШЕМУ»
– Владимир, вы провели много турниров и матчей за мировое первенство. Можете вспомнить самые яркие моменты? Например, 2000 год, когда вы обыграли самого Гарри Каспарова и стали сильнейшим гроссмейстером планеты…
– Мне сложно выделить самый яркий момент. По интенсивности работы, по напряжению мало что можно сравнить с тем матчем за все годы моей карьеры. Чтобы играть с Каспаровым в то время, когда он был на пике формы, когда у него был самый высокий рейтинг в карьере, нужно было напрячься так, чтобы выйти за пределы своих возможностей. Поэтому воспоминания остались больше о каторжной работе, но все-таки приятные, ведь она дала результат.
– А что вы ощутили в момент, когда осознали победу над Великим и Ужасным? Карлсен, например, отобрав корону у Ананда, прыгнул в одежде в бассейн. А вам не хотелось искупаться, скажем, в шампанском?
– Как ни странно, я почти ничего не почувствовал. Нахлынула такая безумная усталость, что не было даже сил радоваться. Не знаю, как у других спортсменов, а у меня после сложного турнира или матча наступает чудовищное опустошение. Конечно, вся моя команда отмечала победу над Каспаровым бурно, а я нет, совсем «не по-нашему». До последнего хода тебя поддерживает высокий уровень адреналина. А как только все заканчивается, вдруг понимаешь, что в тебе уже ничего не осталось. Ни-че-го. И после этого ты просто не можешь некоторое время нормально спать. Со мной это случалось после каждого матча на первенство мира.
Как говорят мудрецы – сила в движении. И я так же считаю. Достиг определенной цели – все, нужно двигаться дальше. Почивать на лаврах – это не дело.
– То есть вскинуть руки, выпить залпом кубок с «горячительным» – это не про вас?
– Видимо, нет. В воспоминаниях остался не тот день, когда я стал чемпионом мира, а именно путь, по которому я шел к этому званию. Читал, что Каспаров после своей победы в 1985 году над Анатолием Карповым ворвался в гостиницу, радовался, орал, вскидывал руки. Он по натуре более темпераментный. У меня же не было настолько бурных эмоций. Это еще и оттого, что я никогда не зацикливался на конкретном результате. Что обязан стать лучшим из лучших, а иначе никак. Если бы я даже не стал чемпионом мира, то вполне был бы доволен жизнью и карьерой. Мое кредо – это выложиться по максимуму, отдать все силы, а если у тебя при этом не получилось взять вершину – значит, ты просто этого не достоин.
КОМАНДА ТОПАЛОВА ВЕЛА СЕБЯ БЕЗОБРАЗНО, УСТРОИВ МНЕ ТРАВЛЮ
– Десять лет назад вы победили в матче на первенство мира болгарина Веселина Топалова. Весь мир, и не только шахматный, помнит «туалетный скандал». Вы даже в знак протеста отказались выйти на одну из партий, подарив сопернику важное очко… С тех пор вы так и не подаете руку ни Топалову, ни его менеджеру?
– Недавно на чемпионате мира по рапиду и блицу в Берлине нам показали новый голливудский фильм «Жертвуя пешкой» (картина о знаменитом матче 1972 года между Борисом Спасским и Робертом Джеймсом Фишером. – Прим. «СЭ»). Когда увидели сцену, где Фишер не вышел на вторую партию, шахматисты стали весело обсуждать, что, мол, пора снимать кино о моем поединке с Топаловым! Ананд и Карлсен даже стали предлагать знаменитых актеров на наши роли. Правда, сейчас уже не помню, какие были кандидаты. На самом деле наш матч не уступал по драматизму поединку 1972 года. Просто тогда в шахматах было много политики, примешивалась холодная война.
– Нелепые обвинения в вашу сторону, что вы слишком часто ходите в туалет, с намеком на подсказки извне… Поединок с Топаловым – это больше, чем шахматы?
– После того что наговорили и наделали Топалов и его менеджер (Сильвио Данаилов. – Прим. «СЭ»), мне уже очень не хотелось проигрывать. Это было дело принципа, ведь была задета моя честь. Хотя вполне мог уступить, ведь я принял решение продолжать после того, как у меня абсолютно незаконно отняли целое очко. Команда Топалова по ходу матча вела себя просто безобразно, устроив мне самую настоящую травлю. Такого пресса во время шахматного соревнования я до этого никогда не испытывал и надеюсь, что не испытаю.
– Какие эмоции были, когда вы одолели Топалова на тай-брейке?
– Я был рад намного больше, чем после победы над Каспаровым. При том что Топалов – очень сильный шахматист, но определенно уступает Гарри Кимовичу. Но эмоции Элисты явно перевешивали эмоции Лондона. Мне было важно наказать болгарина за его поведение. Победителей любят, им быстро все прощают. Я полностью отдавал себе отчет в том, что в случае победы Топалова все вскоре забыли бы, как он вел себя во время матча, он бы стал героем. Я очень не хотел этого допустить!
С тех пор в шахматном мире к Топалову очень негативное отношение, его даже не приглашают на некоторые турниры. Это пятно на всю жизнь. В 2006-м он поставил на кон все: и честь, и порядочность – настолько хотел выиграть. Морально для меня было важно, чтобы он не остался «в шоколаде». Я рисковал, мог уступить, потому что по ходу матча отставал в счете, но сравнял его и на тай-брейке сумел одержать верх. Думаю, с точки зрения стойкости и силы духа это высшее достижение в моей карьере.
– А вы не помните взгляд Топалова после поражения?
– Я как-то на него особо и не смотрел (смеется). Понятно, что он был очень разочарован, мягко говоря. Но, наверное, в бешенстве был его менеджер, который был мозговым центром всего этого скандала и безобразия. Топалов же так и не нашел в себе силы публично извиниться за свое неспортивное поведение, хотя его осудили многие ведущие гроссмейстеры.
– Вы его никогда не простите?
– Всегда даю людям второй шанс. Но в этом случае Топалов им не воспользовался. Поэтому давно не имею с ним никаких отношений и не подаю ему руки.
– Полгода назад, когда Топалов вышел на второе место в мировом рейтинге, а вы замыкали десятку, Данаилов в соцсетях выложил скриншот и написал, что жизнь всех расставила по своим местам – мол, посмотрите, где Крамник, а где Топалов. Знаем, что вы на провокации не поддаетесь, но не хочется ли сейчас ответить? (На данный момент Крамник по рейтингу второй, Топалов восьмой. – Прим. «СЭ».)
– Мне с этими людьми давно уже все ясно. Мне абсолютно неинтересно, что он говорит или пишет, и тем более не собираюсь на это реагировать. Если бы вы мне не сказали, я бы даже не знал, что они там выдумывают. У них настолько плохая репутация, что занимались бы лучше своими проблемами. Насколько я знаю, за менеджера всерьез взялось ФБР: расследует его деятельность, связанную с работой в болгарской и европейской шахматных федерациях. Так что его основная задача сейчас, наверное, это остаться на свободе.
СИЛА КАРЛСЕНА – В СТАБИЛЬНОСТИ
– Совсем недавно, в Лондоне-2013, вы могли вновь выйти на матч за корону. В турнире претендентов набрали одинаковое количество очков с Карлсеном, но уступили ему по каким-то дополнительным показателям. Обидно было, что судьбу первого места решили даже не «шахматные пенальти», а какие-то непонятные цифры?
– Обидно не было. Регламент дурацкий, но он был известен заранее. Мне просто не повезло: по трем другим дополнительным показателям я был бы лучшим, но по первому меня обошел Карлсен. Другое дело, что потом было много разговоров на эту тему. Даже Магнус говорил, что система странная. Однако никто ничего не захотел поменять. И на следующем турнире претендентов в Ханты-Мансийске правила остались такими же. А ведь я высказывался за перемены, но ради интереса решил посмотреть, будет ли кто-то кроме меня что-либо предпринимать в этом плане? Оказалось, что это никому не интересно. Ну я и оставил вопрос, ведь когда-то, возможно, монетка упадет на другую сторону – правило сыграет в мою пользу. Поймите, зачастую гроссмейстеры – это такие люди, которые предпочитают просто играть в шахматы, а организационные проблемы их мало интересуют.
– Недавно Каспаров написал, что Карлсен стоит особняком, играет в своей лиге, как Джокович в теннисе. Вы с этим согласны?
– Конечно, в мире сейчас он номер один. Но есть несколько шахматистов, которые находятся с ним в одной лиге. Нельзя говорить, что существует какой-то гигантский отрыв. С другой стороны, я не могу оспаривать, что Магнус сильнее всех. Но есть тройка, а может быть, пятерка гроссмейстеров, которые в длинном матче могли бы дать ему серьезный бой. Так что его космический отрыв немного преувеличен. И не факт, что Карлсен будет властвовать еще много лет. Все-таки матч на первенство мира – это особое испытание. Тот же Каспаров «разрывал» все турниры подряд, но матчи за корону с хорошо мотивированным и подготовленным претендентом давались ему с огромным трудом. Другое дело, что сила Карлсена – в его колоссальной стабильности. Ее нет ни у кого из других шахматистов.
МАТЧИ НА ПЕРВЕНСТВО МИРА – НАШ БРЕНД. НЕЛЬЗЯ ИХ ОТМЕНЯТЬ!
– Карлсен теперь предлагает отменить матч за корону и заменить его ежегодным нокаутом по примеру Кубка мира (гроссмейстеры сражаются по системе плей-офф, на выбывание. – Прим. «СЭ»).
– К этому вопросу нужно подходить системно. Не думать о том, какому гроссмейстеру это выгодно, а соблюдать интересы всего шахматного сообщества. Для меня совершенно очевидно, что матчи на первенство мира – это наш бренд. Это главная драгоценность, которая есть у нас – шахматистов. Многие люди, которые изредка следят за нашими баталиями и умеют играть лишь на любительском уровне или вообще не умеют, знают только историю поединков за корону. Капабланка – Алехин, Ботвинник – Таль, Фишер – Спасский, Карпов – Каспаров, Ананд – Карлсен… Тот же фильм «Жертвуя пешкой» со знаменитыми голливудскими актерами снят по мотивам такого матча. Не понимаю, зачем нужно разрушать эту систему. Давайте говорить откровенно. Матч за корону – это единственное шахматное соревнование, которое привлекает всю мировую прессу и спонсоров. Солидный денежный приз в виде двух миллионов долларов тому подтверждение. И не стоит забывать, что первый официальный матч за звание чемпиона мира по шахматам состоялся в 1886 году. Выбросить все это в урну – большая ошибка.
– То есть вы категорически не согласны с Карлсеном?
– Конечно же, я уважаю его мнение. Он парень честный, всегда говорит, что думает, и это его право – делать подобные заявления. Просто я не вижу здесь ни для кого никакой выгоды. Так что я узнал об этом с удивлением и не понял эту идею. Звание чемпион мира по шахматам стоит особняком. Может быть, потому, что шахматных чемпионов начиная с 1886 года было очень мало (в классическом розыгрыше этого звания добивались всего 16 человек. — Прим. «СЭ»). В нокаут-турнирах, где многое решается в блице, имеет место большой элемент случайности. Я сам побеждал в Кубке мира, но не сказал бы, что этот формат может хоть как-то сравниться с полноценным матчем. Поэтому надеюсь, что в ближайшем будущем перемен не произойдет. Это не нужно никому: ни болельщикам, ни спонсорам.
– Президент РШФ Андрей Филатов считает, что чемпиона может вызвать на матч либо знаменитый миллиардер, скажем, Билл Гейтс, либо сильный шахматист, который сможет обеспечить призовой фонд. Эту кандидатуру будет рассматривать ФИДЕ. При этом официальный цикл определения претендента изменений не потерпит. То есть больше матчей, больше денег, больше пиара…
– Я что-то слышал про это, но деталей не знаю. Однако считаю, что в спорте деньги не должны играть решающую роль. Мог бы такое допустить, если претендент имеет реальные шансы и такой матч очень хочет увидеть шахматный мир, в том числе болельщики. Если же это возможно, то нужно ввести более жесткие критерии, и не только финансовые.

С ЧИТЕРСТВОМ НЕОБХОДИМО БОРОТЬСЯ ЖЕСТКО УЖЕ СЕЙЧАС
– Нельзя не коснуться важного вопроса. Технологии развиваются семимильными шагами, и если шахматист пользуется подсказкой компьютера, то победить его невозможно. Считаете ли вы, что эта опасность возрастает?
– Такая проблема существует. Читерство понемногу распространяется, это можно понять по количеству случаев, когда спортсмен был пойман с поличным. Хорошо, что это еще не происходило в топ-турнирах. По крайней мере никто не был в этом уличен. Но очевидно, что подобные инциденты будут случаться все чаще. Не надо прятать голову в песок – само по себе читерство никуда не исчезнет. Во всех видах спорта допинг стал серьезнейшей проблемой. Целые антидопинговые комитеты трудятся над ее решением, но все равно постоянно возникают скандалы. Причем там ведь допинг еще не гарантирует победы: если ты слабее, то хоть обколись и опейся, – все равно не победишь. В шахматах же компьютерные подсказки – это гарантия успеха в партии с любым соперником. А ведь на кону стоят и деньги, и титулы.
– Как же с этим бороться?
– Меня очень расстраивает, что в этом направлении не ведется реальной работы. На некоторых турнирах применяются чисто косметические меры, которые якобы обеспечивают безопасность, но опытный специалист легко обойдет эту защиту. «Профессионального» читера это никак не остановит. Я изучал вопрос, что можно сделать в этом направлении, не раз озвучивал свои идеи античитерскому комитету ФИДЕ. Могу заявить с полной ответственностью, что есть способ, как полностью исключить читерство. Но это потребует определенных финансовых затрат, хоть и не сверхбольших. Однако как только дело упирается в деньги, то никому не хочется на это тратить даже копейки. Очень бы не хотелось, чтобы в будущем шахматный мир начали сотрясать такие скандалы, поэтому лучше начать принимать меры уже сейчас.

Источник: http://www.sport-express.ru