Анатолий Карпов: Не люблю игры, где все решает шанс

222

Источник: kapital.kz 
Среди сотни гостей и участников прошедшего в Алматы международного шахматного турнира «Кубок Евразии» было множество чемпионов мира и Европы, победителей Всемирных олимпиад и Кубков мира. Фамилии Свидлер, Карякин, Гельфанд, Непомнящий, Пономарев, Грищук, Мамедьяров, Хоу имеют большой вес в сегодняшних шахматах. Но никто из них не привлек такого интереса публики, как гость турнира – Анатолий Карпов. 12 чемпион мира с каждым годом все реже играет, уделяя больше времени работе в Госдуме и развитию шахмат.

— Анатолий Евгеньевич, что сейчас вообще происходит в мире шахмат?

— В профессиональных шахматах проблемы имеются и не маленькие. Что касается любительских, то мы на правильном пути, они развиваются. Помогает интернет. В разных странах педагоги пришли к тому, что игру нужно включать в школьную программу. Некоторые страны даже вырвались в лидеры в этой области: Турция, Армения. Начали развивать их в домах детского творчества в Китае. В США онлайн вы можете получать уроки и баллы, полученные за успехи в этом предмете, учитываются в табеле успеваемости в школе. А недавно я был в Румынии, где с удивлением узнал, что в стране больше 15 тысяч школ c преподаванием шахмат. Мы спросили у школьников одной из них: «Ну что, научились играть?» Отвечают дружно: «Да». «И нравится?» Тоже дали положительный ответ. Причем, что это не заученные ответы, а неподдельный энтузиазм, было видно сразу. Со мной вместе был секретарь шахматной федерации страны, и после моего вопроса он задал ребятам свой: «С шахматами, как у вас обстоят дела, мы поняли, а как с математикой?» И вот тут они потухли.

— В мире сейчас проходит огромное количество шахматных соревнований. К игре в последние годы всплеск интереса?

— Не совсем так. Дошло даже до того, что многие не знают, кто у нас чемпион мира. И турниров проводится меньше, чем когда-то. Правда, ситуация улучшается, поскольку руководство шахматной федерации ФИДЕ взялось за голову и, наконец, поняло, что наделало много глупостей, в частности, в вопросах проведения чемпионатов мира. Они проводились по системе, которая не выдавала лучшие результаты, и появлялись такие чемпионы, которые, даже будучи неплохими игроками, не соответствовали по-настоящему чемпионскому уровню. Сейчас все устоялось, устаканилось. Карслен — чемпион, Ананд тоже наверху, Сергей Карякин (претендент на звание чемпиона мира – прим. ред.) вышел на матч с Карлсеном.

— Как оцениваете шансы Сергея отобрать чемпионский трон у норвежца?

— У Сергея основная проблема будет с нервами. Он не такой стабильный, как Магнус, более эмоциональный. Хотя знания у него, может быть, даже обширнее. Но техника в эндшпиле (заключительная часть партии — прим. ред.) у Карлсена лучше. Матч, мне кажется, будет интересным. Оба уделяют внимание и физической подготовке. Со времен Ботвинника все шахматисты занимаются спортом. Иначе просто невозможно концентрироваться по 6-7 часов. Для шахматиста очень важна выносливость. И голова и тело должны быть готовы к перегрузкам.

— И все же, шахматы все чаще появляются в новостях, идет ренессанс интереса к игре. Даже Голливуд стал чаще экранизировать истории звезд этого спорта.

— Картину «Жертвуя пешкой» Вы имеете в виду? (2015, реж. Эдвард Цвик — прим. ред.) Фильм о решающем матче за звание чемпиона мира между Борисом Спасским и Бобби Фишером на пике противостояния СССР — США. Удачные фильмы есть, но вот этот…он безобразный. Даже не смог досмотреть его до конца. Если уж вы делаете фильм, привязанный к конкретным историческим личностям, вы не можете уходить в дебри. Они должны были нанять консультанта по игре. Может, он там и был, но точно не работал — там огромное количество огрехов. А эта глупая сцена на пляже, когда Фишер набрасывается на Спасского! Мне неприятно было видеть, как в фильме показали человека, которого я знал. Фишер мог спорить с прессой и организаторами соревнований, но он очень уважал шахматистов. А по фильму получается, он какая-то истеричка. А вот «В поисках Бобби Фишера» – отличная кинолента. Лет 20 назад он был сделан (1993 год, реж. Стивен Заиллян – прим. ред.). Французская лента «Диагональ слона» (1984, реж. Ришар Дембо — прим. ред.) тоже хороша. Шикарной была и 10-минутная документалка «Ноги шахматистов», снималась она на чемпионате Советского Союза. Это было зрелищно.

— Смотрите ли Вы обычное кино?

— Все реже. И нет ничего такого, от чего бы я был в восторге. Куда кино идет, мне не нравится. Все превращается в какую-то рутину. Мне думается, что творческих интересных картин стало меньше. Вымирает французское и итальянское кино. Когда то это были страны, производившие могучее кино.

— Вы реже играете, больше работаете над развитием шахмат в России…

— Я депутат от Тюменской области. Мы создали там образовательный центр Карпова, где преподаются шахматы. И больше половины школ и детсадов региона имеют в своей программе этот предмет.

— Что кроме депутатской работы занимает Ваше время?

— Отдых душе дает спорт. Когда я был чемпионом мира, я в день, как минимум, 2 часа занимался плаванием и теннисом, лыжами. Сейчас в теннис стал играть меньше, потому что нагрузка на ноги сильная. Остались плавание и гимнастика. Играю в разные игры – нарды, карточные (бридж, белот). Люблю игры, где есть какая-то стратегия, логика. Не люблю те, в которых все решает только шанс, поэтому не играю в покер.

— Но в poker face — непроницаемом выражении лица, – говорят, Вам нет равных.

— Так я в профессиональных шахматах только так и прожил — поддерживая теорию poker face на практике. Если ты сохраняешь спокойное невозмутимое лицо, ты себя лучше контролируешь, если эмоционален – можешь сделать ошибку.

Анатолий Евгеньевич по-прежнему коллекционирует марки. Сейчас в его коллекции появилась новая тема — русская почта за пределами Российской империи. Не так давно он даже огорошил посла Китая в России, сообщив ему, что почтовые отделения России были вплоть до Шанхая. Любит Карпов и «просто походить, подумать». «Особенно по улицам городов, и все время меняю маршруты», — уточняет он.

— Шахматист и бизнесмен: есть ли удачные примеры сочетания?

— Примеры есть. Мой приятель Рон Хенли (гроссмейстер, писатель, игрок на бирже — прим. ред.) замечательно выступал на American Stock Exchange. Сначала работал на компании, потом к нему пришел успех, и он стал работать на себя на бирже — купил место. У меня тоже получалось совмещать шахматы и что-то еще, хотя я не занимался бизнесом. Короткое время разве что, но совмещать в принципе получалось.

— Знаете ли что-то о ситуации в шахматах нашей страны?

— Я не очень знаком с казахстанской шахматной ситуацией, но то, что происходит здесь с детскими шахматами, я поддерживаю и готов сотрудничать. Недавно мы открыли вторую школу Жансаи Абдумалик. Она отличная шахматистка. Мне кажется, в Казахстане шахматисток такого уровня больше нет. А федерация у вас точно активная. В Казахстане особенно в Алматы – шахматный центр – и был, и есть. Здесь всегда проходили чемпионаты Советского Союза, есть интерес к шахматам, и много людей, которые играют. Стало больше шахматных турниров. Кубок Евразии собрал хороших блицоров.

— Как думаете, почему в эфире нынче нет таких программ, как «Шахматная школа», что была непременным атрибутом телевидения СССР?

— Наверное, это связано с телевизионной политикой: всё пытаются привязать к коммерции, к рекламе. Что до вашего турнира — блиц — в отличие от классических шахмат — это интересно. У нас был очень позитивный опыт в конце 70-х. Мы проводили турниры немецкой телекомпании NDR и британской BBC. Результаты не публиковались, все показывалось по ТВ. Причем, транслировали партии уже с нашими комментариями в самое смотрибельное время — в Рождество. Почему сейчас такого опыта нет? Просто люди — телевизионщики — не знают, что такое возможно, что такое было и было смотрибельным. У них очень поверхностный взгляд. Если бы они только окунулись в тему… Актриса Людмила Гурченко мне рассказывала, что, хотя в шахматы она не играла, ей безумно интересно было приходить на турниры и смотреть на лица шахматистов. На блиц вообще интересно смотреть.

— Шахматы за последние 20 лет стали скучнее?

— Уровень игры пошел немного вниз, она стала механической. Люди сейчас соревнуются в основном в дебютных компьютерных разработках. До эндшпиля часто просто не доходит. Я думаю, что нынешние гроссмейстеры (даже высшего ранга) намного хуже понимают эндшпиль, чем их коллеги много лет назад. Гроссмейстеры встречаются друг с другом реже, чем раньше. Но возможности для развития и открытий остаются всегда. И если компьютеры начнут просчитывать все, надо будет думать, что делать, ведь, они стали намного сильнее.

— Компьютер против человека, похоже, тема последних лет. Такое соревнование, зачем оно вообще нужно?

— В том общественном мнении, которое создалось вокруг этого вопроса, виноваты сами шахматисты. Они относятся к играм с компьютером, как к дополнительному заработку, играют серьезно, но к матчам с ним готовятся не так, как к матчу с человеком. Внесли лепту и разработчики программ: они закрыты, информацией не делятся. При таком подходе и результат печальный. Готовиться приходится в слепую, и по результатам таких партий возникает стойкое убеждение, что компьютер сильнее человека.

— Как часто Вы играете и общаетесь с живыми шахматистами?

— С ними я периодически играю, хотя в последнее время нечасто. Просто общаться времени вообще нет: если я в Москве, занят работой в Думе. Только в выходные и нахожу время, чтобы поддержать свой шахматный уровень. Часто играю с Сашей Морозевичем и Сергеем Карякиным. Правда, стал слабее, в последнее время Карякин меня обыгрывает, хотя раньше было наоборот. Мне вообще удивительно, что я на таком уровне стою до сих пор — они каждый день играют с компьютером, я же в шахматы максимум одно воскресенье в месяц играю. Но с другой стороны шахматы — абсолютно объективная игра. Результата не будет, если человек не в состоянии подойти объективно к себе и сопернику. Воля случая вторгается лишь тогда, когда соперники примерно равны друг другу.

__________________________
Автор:
Роман Райфельд