КГБ. БОРИСЫЧ. ГРИША

«Ты знаешь мне уже намного легче, могу сам ходить с палочкой и даже без, приеду скоро в Алмату, встретимся», – делился  он незадолго до своего ухода своими планами. Радовались все: родные, близкие, многочисленные ученики, кажется, период реабилитации завершается и скоро мы вновь увидим его бодрым и деятельным. Как всегда.

Приехал на свадьбу дочери Марины, спустя пару дней утром почувствовал жжение в груди, жена успела вызвать «Скорую», врачи успели приехать и даже оказали первую помощь, но, увы…

Гулисхан Нахбаева: «Не могу поверить в то, что 12 октября 2020 года ушёл из жизни мой тренер с Большой буквы, наставник и просто прекрасный человек Ким Григорий Борисович, воспитавший не одно поколение молодых перспективных ребят». Да и кто мог поверить в этот день? Его супруга Женя, не сдерживая слез, спрашивает, как поступить, в скайпе сообщения от учеников, которые еще ничего не знают: «Григорий Борисович, когда выходить на связь?»

И больше никому из его учеников никогда не прийти во Дворец Спорта в Шымкенте, в 9 утра. И не заниматься до часа с перерывом до трёх… И допоздна сидеть, анализируя  вариант Дракона или Югославский вариант… Воспоминания, только воспоминания…

60-е годы. При каких обстоятельствах подросток из большой и дружной корейской семьи пришел в  шахматы? Трудно сказать. Ясно одно – Игра захватила. И захватила сразу и на всю жизнь. Вообще о детстве, юности, студенческих годах рассказывать он как-то не любил. Собственно в те годы биография большинства молодых людей кроилась по стандартному лекалу: школа – армия – институт – работа. Второе и третье могли меняться местами или исключалось  одно из двух. Заканчивал что-то по технической части, но так уж ли это важно сейчас? Как-то получилось, что предложили поработать в ДЮСШ тренером-методистом, поначалу вроде было нечто вроде подработки, но потом втянулся, и увлечение детских лет неожиданно стало делом всей жизни. Бывает и такое…

До аббревиатуры, которая стала известной всему шахматному Казахстану, предстоял долгий путь…  Но кое-какие задатки просматривались уже тогда. Например, трезвость в оценке шансов и перспектив проявилась довольно рано. Как-то на одной из казахстанских школьных спартакиад дела у юных шымкентцев шли из рук вон плохо. Николай Перегудов тогда еще только начинающий тренер слегка переживал. Но… «Борисыч успокоил. Всё идет нормально, так и должно быть», – вспоминал  двумя десятками годов спустя первый наставник Жансаи Абдумалик. На следующей спартакиаде команда Шымкента уверенно выиграла золотые медали…

Встретились и познакомились за доской, стояло жаркое лето 82-го или 83-го года? Не суть важно. В затяжном эндшпиле устоять мне не удалось, но основные встречи были «вне доски», уже тогда Гриша был заточен больше на успехах своих подопечных. А что собственные результаты? Этот так баловство… При том, что уровень знаний, особенно в окончаниях и типовых позициях миттельшпиля позволял при определенной практике достичь и звания, и приличного рейтинга. Какого? Стал бы международным мастером? Наверняка. В силу мастера ФИДЕ, уж во всяком случае, в лучшие годы играл «с перевыполнением». Но мирские (то бишь, игровые) шахматные дела волновали в последнюю очередь. Ученики, ученики и еще раз ученики.

Когда понял, что главное его – не слишком расцвеченные яркими красками, тренерские будни? Наполненные повседневной, часто рутинной работой. Молодые люди, достигшие высокого уровня в практической игре, наивно предполагают, что шахматная сила автоматически переводит их в разряд не просто, а сильных тренеров. Заблуждение достаточно распространенное, излечиться дано немногим. Но в работе успеха, как правило, добиваются те, кто прошел путь от рядового до маршала, последовательно преодолевая ступень за ступенью. Он и был из таковых. Работа с начинающими под руководством более опытных, потом с разрядниками, потом со сборной города, области, потом…  Методичность и дотошность в систематизации учебного материала порой выливались в некий менторский тон в общении с более младшим. «Как ты и этого не знаешь? Да, тебя, оказывается, еще учить и учить!» Мне приходилось смирять гордыню, но иногда в шутку осаждал: «Ну, и зануда, ты Борисыч!» – Ответом была легкая снисходительная улыбка: «Зануда, конечно, а ты как думал?» Хохотали на пару…

Диктатором для своих учеников не был, но всегда умел настоять на своем, если был уверен в своей правоте. А они были разные. И старательные, немногословные, и с некоторым таким южным гонором, и весельчаки, и записные хулиганы. Но больше всего он любил своих девочек: Гульмиру, Гулисхан, Мадину, Жанну, Анель, Салтанат… Хотя старался не показывать своего отношения, маскируя чувства под напускной строгостью. Но, конечно, прорывалось временами, правда, редко, очень редко…

Вспоминаю Иссык-Куль, утро, неторопливо прогуливающегося по аллее санатория Гришу и наматывающих по ней же круги его учеников. Вероятно, пробежки были далеко не всем по вкусу, но спорить с тренером – не принято, и «откосить» под благовидным предлогом не удавалось, да и желания не было. Распорядок ежедневных занятий на сборах входил в плоть и кровь. После завтрака ученики приходили сдавать домашку и получать новые задания. «Сделала? Давай» – погожим утром в Пардубице, к моему некоторому удивлению, совсем юная Гульмира Даулетова сдавала листок с диаграммками. Следующим на очереди был Рауан Манкеев. Борисыч как ни в чем не бывало, проверял и выдавал новую порцию, правило «порядок бьет класс» стало давно жизненным кредо. «Обязаловка» постепенно входила в привычку, и спустя несколько лет я уже не удивлялся, встречая утром на пробежке в Кемере Гулисхан Нахбаеву. Борисыч поехать на тот чемпионат в силу каких-то обстоятельств, связанных как всегда с финансированием не смог, но ученица и без тренера четко выдерживала привычный график, независимо от настроения и положения в турнире…

Свои методы работы не то, чтобы скрывал, но и не афишировал. Что-то мог рассказать, но как профессионал своего дела, тонкости и нюансы своего ремесла держал в секрете. С течением времени научился подбирать учеников так, чтобы они не просто становились проводниками его тренерских задумок, но и единомышленниками. «…в ответ на наши вопросы, что делать, чтоб расширить свой дебютный репертуар, видеть сложные комбинации, подниматься с новым настроем вновь после поражений, не теряться в цейтноте, не пропускать простейшие ошибки к концу партии», – вспоминает Гулисхан Нахбаева, – всегда звучал ответ: «Работать надо!» «Требовал полной отдачи, раз взялась за дело, раз поехала на чемпионат, раз выделили грант, надо доводить дело до конца», – это  уже касалось всех, но семикратная чемпионка РК,  сделав требования наставника жизненным принципом, добилась немалых успехов не только на поприще шахмат…

Конечно, не имеет смысла, как часто бывает с ушедшими из жизни, причислять Борисыча  к лику святых. Да и сам он уж точно от души посмеялся, если бы смог узнать о подобной попытке. Мог принять (и не без удовольствия) участие в застолье с крепкими возлияниями, не ограничивая себя какими-то нормами, да и как отказать старым друзьям? Тренерский досуг особенно на выезде не богат развлечениями, когда выпадали редкие минуты свободного времени, говорят, что и картам был не чужд, расписать пульку-другую, но не часто. При этом четко разделяя, время работать и время отдыхать.

Общались довольно часто, особенно последние годы. Он, наконец, таки добился признания, теперь шахматному Казахстану не было надобности объяснять, кто такой КГБ. Попасть к нему в группу, не говоря об индивидуальных занятиях, стало непросто. Юному Рамазану Жалмаханову, несколько затормозившему в своем продвижении к шахматным вершинам, пришлось даже сменить место прописки, и на длительный срок переехать в Шымкент. И он был далеко не единственным примером подобного рода.  

В шутку называл КГБ «старшим братом», что, похоже, его вполне устраивало. Но хотя отношения были вполне доверительными, назвать их дружескими не берусь. У Борисыча в принципе было немало знакомых, с которыми у него сохранялись тесные контакты, он всегда и в любую минуту готов был прийти на помощь, но… Как и у всякого увлеченного человека на первом месте (не считая, конечно, его любимой Жени и детей) стояли его ученики, работа, все остальное было вторичным.

Работая в сравнительно небольшом городе, пусть и с достаточно неплохими шахматными традициями, добиться того, что сделал он – уже само по себе немало. Ох, как немало! «Ты знаешь, научился готовить международных мастеров, теперь бы еще гроссмейстеров освоить», – делился он как-то откровениями, пребывая в особо хорошем расположении духа. К этому моменту и Гулисхан Нахбаева, и Гульмира Даулетова уверенно входили в сборную страны и, безусловно, достигли гроссмейстерского класса, несколько других ребят играли в приличную мастерскую силу. И хотя сослагательное наклонение в шахматах всегда оставляет оттенок какой-то известной ущербности, но как обойтись без него? Работай Борисыч где-нибудь «в Европах», на худой конец, в продвинутой шахматной восточной стране типа Вьетнама или Сингапура, число учеников с титулами было бы на порядок больше.

Незаметно летели годы… Гриша всегда выглядел молодо, поэтому, помню, был немало удивлен, когда узнал, что со здоровьем у него на самом деле неважно. Болезни подкрались, как всегда, неожиданно. Трудно было поверить своим глазам – Борисыч с трудом передвигающийся с помощью «ходунка». А ведь всего пару лет назад вместе судили в Маралсае и вроде был совершенно бодр… Но не сдавался, продолжал работать, даже шутил: «Что вирус? Я уже давно сижу на дистанционке!» А потом был звонок Гульмиры: «Григорий Борисович умер…»

Кто-то мудрый сказал: Каждый человек пребывает в этом мире, пока не выполнит свое жизненное задание, а пока оно не выполнено, значит, жизнь не окончена. Судя по всему, кто-то свыше решил за него: вырастил детей, вложил душу в учеников, дождался их успехов и… пора! «Мы благодарны Вам за все, Григорий Борисович, и будем помнить Вас всю жизнь. Спасибо Вам, что когда то Вы стали частью моей жизни…» – написала в своем посте в ФБ Гульмира Даулетова. И это так. Огромной шахматной составляющей жизни многих своих учеников и не только. В их и нашей памяти он будет жить всегда. КГБ. Борисыч. Гриша.

Пусть Всевышний дарует тебе мир и покой в своем раю…DIXI.

 

Автор — Сергей Ким, 23 ноября 2020 года.